В этом блоге я пишу не


В этом блоге я пишу не только о “Штандарте”, но и о других своих странствиях. Вот сейчас, например, мы отправились в Иорданию.

Достижение земель Аммана или снова история о транспорте

Все началось в тот момент, когда мы с Вар поняли, что очень хотим уехать куда-нибудь на новый год, но уютная Европа стала слишком привычна и не даёт вызова. Тогда мы пришли к необходимости расширить границы своего познания о мире. В наших планах вообще-то была Африка, и выбор пал на Марокко. Но пока мы тянули с покупкой билетов, они подорожали, и найти экономный путь нам не удалось. Тогда в процессе поиска был найден рейс Вильнюс – Амман от лоукостера Райнейр, с разносом дат в две недели, который и был куплен в порыве. Оставались сущие мелочи – попасть в Вильнюс.
Ещё пару недель мы искали способ доехать до пересадочного пункта так, чтобы наше путешествие не оказалось дороже и сложнее прямого перелета. В конце концов, мы остановились на поезде Адлер-Калининград, который даже в самом Вильнюсе не останавливался, но мы рассчитывали на электричку из Кяны.

В день выезда я собрался с ночи, что для меня крайне нетипично. Поставил будильник и дважды просыпался в панике, что проспал. Ничто не предвещало проблем, пока я не понял, что я стою в магазине, до поезда минут 20 (а до возкала ехать 16), и продавщица не хочет брать у женщины передо мной полтинник бумажкой, а выискивает в ее мелочи 39 рублей рублями. Вообще, я бросил опаздывать на поезда уже несколько лет как, но тут этот шанс выглядел крайне неиллюзорным. Я бежал изо всех сил, и ровно к отправлению поезда вбегал в вокзал. Как вы понимаете, этого совсем немного не хватило.
Вар же не пустили в вагон, потому что в этом поезде не было электронной регистрации, а электронные билеты находились у меня.

Почти сразу стал ясен план спасения: необходимо было добраться до Вязьмы, где у ушедшего поезда была первая остановка, раньше, собственно, его самого. Эту возможность обеспечивала нам Ласточка, отправлявшаяся с Белорусского вокзала через час. Поскольку этого времени хватало с лихвой, мы решили пополнить запасы всего, чего не успели: Вар долларов, я воды. Так за 20 минут до отправления Ласточки мы стояли перед ней. Нам не хватало одного – билетов.
В дело вступает хитрая (а вернее – из рук вон отвратительная) организация Белорусского вокзала. К поездам мы вышли сразу, не встретив касс. Охранник направил нас внутрь соседнего здания по сравнению с тем, где мы зашли. Входя, мы столкнулись с людьми, которые выходили через ту же самую дверь, она была одна, и на ней обыскивали. В кассах пригородных поездов нам отказались продавать билет, потому что Ласточка – не пригородная. И отправили в кассы дальнего следования, в соседнее здание, за углом. При попытке выйти мы столкнулись с потоком входящих людей, которых обыскивали, а дверь одна. Сайт РЖД сообщил, что до поезда 15 минут, поэтому билеты онлайн уже не продаются. Охранник предложил купить билет в кассах Аэроэкспресса, который не имеет к этому, очевидно, никакого отношения и отказал нам. И послал обходить здание с другой стороны. С трудом выбравшись и оббежав все строения вокзала, мы нашли кассы дальнего следования (столкнувшись в дверях с людьми, которые выходили, а нам надо было еще на обыск). В кассах, естественно, стояли очереди, но на вопрос к людям, не пропустят ли они нас, потому что мы очень торопимся, кассирша безапелляционно заявила, что ничего продавать она уже не может, ведь до поезда всего 5 минут. Надо сказать, давно я не чувствовал себя настолько идиотически.

Не провалить мораль нам помог плацкартный билет на вечерний Янтарь в Калининград, внезапно возникший в давно забитом поезде. Мы сели в ближайшем баре ловить второй билет. Это не без некоторой доли абсурдных действий нам удалось (например, мы сначала взяли вторым купе, а потом сменяли его на другой плацкарт с выгодой в 200 р.). Зато этот поезд останавливался в Вильнюсе и избавлял нас от неизвестной электрички в 4 утра.

После этого острота жизни прошла на спад, и мы довольно успешно и мирно сели в поезд и провели пять часов в вагоне-ресторане, делая вид, что все это время пьем две бутылки пива, потихоньку подливая свое, потому что вагоны у нас были разные, а соседи не дружелюбные. Проводники относились к нам как к предмету обстановки, разрешали есть свою еду, и были рады, что мы никак им не мешаем кормить вагон детей, возвращающихся с кремлевской елки.

В Вильнюсе мы побродили под дождем, посмотрели две церкви и колокольню, а потом поехали в аэропорт. Францисканский храм в стиле северной готики отличался довольно причудливым рождественским убранством, включавшим в себя вертеп из соломы, валяные елочные игрушки, перья павлина и живых осла и овец в загоне. Кафедральный собор удивил скорее своим сходством то ли с биржей, то ли с вокзалом, из которых на завершающем этапе строительства решили сделать храм.

Мы немного переживали за вылет, потому что лоукостеры известны своими странным и неочевидными правилами, строгостью к багажу и желанием содрать за все лишние деньги. Все, за исключением необходимости сначала пройти электронную регистрацию, самим распечатать бланк посадочного, а потом все равно отстоять очередь на стойку регистрации за печатью на этот бланк , оказалось хорошо. Райнейр вообще не придирался к установленным размерам багажа: если у вас один небольшой рюкзак, ну значит, все в порядке, считаем небольшим рюкзаком. Посадку разумно задержали, как в лучших компаниях Европы, а не как у Победы (хотя Вар и надула четырех человек на паспортном контроле фразой: У нас закроется гейт через 2 минуты, пропустите нас, пожалуйста!). Еще мы шли к самолету прямо по летному полю пешком от здания вокзала.

В Аммане паспортный контроль сопряжен с получением визы. Если у тебя ее нет, ты платишь деньги одному человеку, и он даёт тебе визу, а соседний решает, пускать тебя или нет, и ставит штамп. Если у тебя есть Jordan Pass (билет в большинство музеев Иордании), тебе дают виду бесплатно (у нас он был). Меня пропустили без вопросов, но Вар, решившую проявить неуместную самостоятельность, и пошедшую в другое окно, задержали. Они решили, что европейская женщина, решившая одна самостоятельно въехать в их арабскую страну, и даже не знающая, где она живёт, слишком дерзка и подозрительна. Меня так задерживали в Иерусалиме, решив, что прибывшие с религиозными целями философ и киносценарист без брони хостела – плохое прикрытие для явных террористов. В обоих случаях задержание закончилось довольно непродолжительным сидением в комнатке и возвращением паспорта.

Иорданская виза, кстати, выписывается от руки шариковой ручкой.

Очень многие уверены, что такси – лучший и естественный способ передвижения по чужой стране. Даже встретившийся нам в аэропорту Аммана явно здесь пребывающий некоторое время русский мужик, когда мы спросили его, как попасть в город, с некоторыми недоумением посоветовал нам вызвать Убер. Но вообще-то, всегда есть автобусы. Были они и в этот раз. Нас несколько сбил с пути истинного местный житель, сказавший, что автобус в сам Амман не идёт, и надо ехать до конечной, а оттуда искать другой автобус. Оказалось, что он прав частично и по своему. Автобус действительно не шел в центр, но на его пути были гораздо более близкие к нашему хостелу точки, чем конечная станция, и оттуда мы вполне могли бы дойти. А вот от станции – нет. По прибытии на нас набросились толпы такстстов, от которых в восточных странах очень трудно отделаться. Водитель автобуса сообщил, что вечером священного дня пятницы никаких общественных способов перемещения нет, и нам пришлось согласиться на машину. Удивительным образом, несмотря на горячее желание водителя и его помощника (это, кстати, вопрос, зачем ему помощник) получить с нас 5-6 динар или хотя бы 4, нам удалось настоять на 3, что практически является разумной ценой. Надеюсь, они потом не подрались между собой от разочарования.

Так мы достигли, наконец, точки начала маршрута.